Иван Власов — разведчик серебряных руд

Раздел: Недра
30 июля 2005 г.

Архивные документы о развитии горного дела триста лет назад в Восточной Сибири не полностью сохранились и еще недостаточно изучены. Однако и то, что известно, доказывает, что россияне умело и настойчиво занимались поиском руд и строительством металлургических заводов. Они копали и плавили руду, составляли сметы и спорили о целесообразности разработки полезных ископаемых.

Среди горных деятелей того времени выделяется имя Ивана Власова – воеводы иркутского острога в 1681–1684 годах, который основал Нерчинский сереброплавильный завод, ставший при его жизни крупным горно-металлургическим предприятием России.

Горное дело

Военная, дипломатическая и хозяйственная деятельность Ивана Власова продолжалась многие годы. В то время среди различных отраслей народного хозяйства быстро развивалось горное дело. Однако в этой отрасли явственно ощущался недостаток специалистов и научных пособий. Развитие науки тормозилось из-за того, что школьным образованием руководила в основном церковь. Образование по преимуществу было богословское, оторванное от практических задач и требований развивающегося хозяйства.

Сам Власов чувствовал недостаток знаний в горном деле. Он мог дать служилым людям только наставления по разведке руд и описанию местности. Пробирный же анализ он целиком поручал вести специалисту.

Хотя в XVII веке в России и не было создано трудов по горному делу, к тому времени наши люди выполнили огромную работу по освоению природных богатств на обширной территории страны. Разведка месторождений требовала от рудознатцев не только знания внешних поисковых признаков и умения вести испытания руд и минералов. Поиски полезных ископаемых требовали большой выносливости и мужества в малоисследованных горах и лесах Сибири.

Военачальник, судья, администратор

В феврале 1680 года Ивана Власова уже в зрелом возрасте назначают воеводой в Иркутск. Получив подъемное жалование и подорожную, по которой ему должны были выдавать через приказные избы подводы и проводников, суда и гребцов, он выезжает из Москвы весной того же года. В обозе, который следовал за Власовым, находились ветчина, сельдь в бочках, снетки, сахар и вино на несколько месяцев пребывания в пути. Для жалования сибирским служилым людям он вез сукно, холст и юфть, а также порох и свинец. Путь, по которому отправлялся воеводы и гонцы с царским грамотами, лежал от Москвы на Коломну, Переяславль-Рязанский, Касимов, Муром, Нижний Новгород, Козьмодемьянск, Казань и затем через Уральские горы на Тобольск, Томск и Енисейск.

В начале 1681 года Иван Власов вступил в должность воеводы Иркутского острога и слободы и приписанных к ним Селенгинского, Баунтовского, Баргузинского и Удинского острогов. Иркутский острог в те годы был обнесен деревянной стеной с шестью башнями и мостами. В остроге помещалась приказная изба. Здесь хранилось четыре короба с расходными и приходными книгами. В одной из башен острога размещался казенный амбар, в котором находилась "пушечка медная", ружья и разные военные припасы. Кроме этих строений в остроге была деревянная Спасская церковь, двор воеводы, изба для воеводских людей и гостиный двор для торгового обмена.

Воевода имел широкие полномочия в своем уезде. Он начальствовал над гарнизоном, обладал судебной и административной властью. Главной заботой воеводы было выполнение царского наказа по сбору налога с ясачных людей мягкой рухлядью или пушниной. По царскому наказу воевода с помощью боярских детей и казаков разыскивал "новые землицы", чтобы обложить их население ясаком. Воевода заведовал и сбором пошлин с товаров, привозимых на Иркутский гостиный двор бухарцами и другими иностранными купцами. Он же собирал оброк и содействовал расширению соляных варниц гостя Ивана Ушакова.

Для выполнения царских наказов воеводе была предоставлена неограниченная власть. В самом порядке подачи челобитной воеводе подчеркивалось полное бесправие простого человека. Бить челом воеводе следовало "вежливо и не шумно", "в чужие дела не вступаться", "многолюдством и невежеством не приходить и никакой наглости не чинить".

Обязан был иркутский воевода собирать сведения о Китае, Индии и других государствах, а также разыскивать золотую и серебряную руду, медь, олово и железо. Московские цари обязывали служилых и приказных людей во время их служебных поездок расспрашивать местных жителей о полезных ископаемых, а образцы руд привозить воеводам. Воеводы пересылали руду в Москву для испытания, а при наличии специалистов делались опыты на месте.

Три года в Иркутске

В Сибири в XVII веке создались благоприятные условия для поиска руд. За Уральским хребтом имелись обширные малоизученные земли, которые не были частными владениями. Государственная власть и гарнизоны в острогах были достаточно организованы и сильны, чтобы противостоять нападению местных князьков. Однако изучение территории задерживалось из-за недостатка рудознатцев и плавильщиков. Часто мастеров горного дела приходилось запрашивать из Москвы.

В городах Сибири трудно было купить инструменты для плавки и добычи руд. Поэтому вместе с рудознатцами и плавильщиками из Москвы отправлялось необходимое снаряжение.

Во время пребывания в Селингинске и Иркутске с 1681-го по 1684 год Власов с помощью сибирских служилых людей нашел слюду, краски и различные руды. В феврале 1684 года он был переведен из Иркутска в Нерчинск, а на его место прибыл московский дворянин – К.Кислянский. В Нерчинске Власов находился до 1690 года на должности воеводы.

Нерчинское серебро

Нерчинск в те годы был значительно крупнее Иркутска, и гарнизон его – лучше вооружен. В оружейном сарае Нерчинска находилось "31 пушки медных полковых, а те пушки на станках", "да к тем пушкам 2107 ядер железных больших и малых, 748 пищалей и самопалов" и другое военное снаряжение.

Рудные богатства Нерчинского края, к которым московское правительство проявляло большой интерес, и близость этого края к Китаю определили дальнейшее направление деятельности Власова. Главное богатство Нерчинского края – серебро. О большой нужде в нем правительства хорошо знал новый воевода.

В 1656 году он был в Венеции в составе посольства, которое надеялось получить заем ефимками – серебряными яхимовскими талерами, чеканившимися в чешском городе Яхимове. Занимаясь поташным делом (производством углекислой соли), Власов также знал, что по указу царя поташ, шкурки соболя, юфть и некоторые другие товары следовало продавать в Архангельске иностранцам только в обмен на ефимки. Эти ефимки полностью поступали в казну "для пополнения серебра на денежное дело".

В 1654–1663-х годах из-за недостатка серебра в казне начался усиленный выпуск медных денег, которые привели к серьезным хозяйственным затруднениям. Полное расстройство денежной системы, разорение московского посадского населения вызвало в 1662 году восстание, известное под названием Медный бунт.

В стране не было своих сереброплавильных заводов. Поэтому Власов обратил внимание на серебряные руды и на создание неподалеку от Нерчинска сереброплавильного завода. Разведка серебряных руд и строительство завода требовали не только знания горного дела, но и организаторских способностей. Работы по расчистке древних серебряных рудников около Нерчинска проводились в условиях сурового климата. Кроме того, постоянно тревожила мысль о нападении тунгусских и монгольских князьков, нужно было думать о пограничных конфликтах с Китаем.

Для поисков руд и контроля мастеров, занятых плавкой руд и пробирным анализом, Власов имел достаточные организаторские способности и химические познания. Однако в Нерчинске ему пришлось заниматься не только горным делом.

На дипломатическом поприще

Он выполнял ответственные дипломатические поручения правительства. Албазинский острог, построенный на даурской земле в Амурском крае, был расположен вблизи китайских владений. Присоединение к России Даурии, богатой пушным зверем, совершалось в то время без определенного плана, на частные средства купцов и промышленников. Московское правительство не без основания опасалось осложнений с Китаем – граница между русскими и китайскими государствами не была установлена. Только в 1686 году в Москве приняли решение о начале мирных переговоров с китайским правительством. Для ведения их были назначены великие и полномочные послы: окольничий Ф.А.Головкин и Власов.

В 1689 году был заключен Нерчинский договор, положивший начало мирным отношениям России и Китая. В то же время установили русско-китайскую границу. За участие в этих переговорах Власова наградили золотыми червонцами с изображением царей, которые ему доставил из Москвы в 1690 году стольник Ф.И.Скрипицын, назначенный воеводой вместо Власова. В феврале 1691 года Иван Власов был принят в Москве царями Иваном и Петром. Во время приема бывшему воеводе объявили милостивое слово за службу на иркутской и даурской земле и за особенное радение при заключении мирного договора с Китайским государством.

В награду портрет

Служба Власова в Сибири была отмечена не только богатыми подарками и выдачей поместий. В 1695 году живописцу Г.Н.Одольскому, занятому в то время росписью хором Петра I, было приказано написать портрет Ивана Евстафьевича Власова. Этот портрет является образцом официозного искусства.

На портрете Власов изображен в коричневом кафтане и шубе. Кафтан подпоясан белым чешуйчатым поясом с пряжкой, украшенной драгоценными камнями. В правом углу портрета – герб Власовых, на столе лежит булава. Слева, через отверстие в стене, из-под малинового занавеса открывается вид на горы и небольшое озеро, около которого изображены высокие горны и люди, занятые обжигом руд. Слева внизу на картине есть надпись, в которой перечислены главные заслуги Ивана Власова: разработка серебряных руд около Нерчинска и участие в переговорах о мирном договоре с Китаем.

Сергей Марков

[ babr.ru ]

Полезное

Полезное

 

Архив новостей

2025 год

январь февраль март апрель
май июнь июль август
сентябрь октябрь ноябрь декабрь

Нас читают

Администрация Президента РФ, Совет федерации РФ, Государственная Дума РФ, Гильдия Ювелиров, директора и менеджеры ювелирных компаний.

-->